script_boy_in_the_house
New member
Свободный мужик по имени Серега, совпадения случайны, сорок лет, пузо с гулькин хуй, а в голове — сплошной вьетнамский флешбэк из фильмов про Джейсона Стейтема. Думает, наебал систему.
Прилетает он в Пхукет. Отель "Си Море Резорт", но на деле — сарай с бассейном, где плавают только листья пальм и российские алкаши. Серега первым делом идет на пляж. Смотрит на волны, вздыхает. Рядом сидят тайки, красивые, как куклы, но у каждой в глазках холодный расчет: "Денег дашь, Сиргей".
Серега решает нажраться местного рома. Нажирается в мясо, потом лезет в какой то бар на Патонге. Бар называется "Sweet Lady", с розовыми неонами и звуками так называемой музыки. Он еще не знает, что попал в эпилятор.
Заходит. Темно, вибраторы на стенах висят как люстры, барменша с бородой наливает вискарь со льдом и улыбается, показывая золотой зуб. Серега кидает тысячу бат и кричит:
— Нальем, мужики! Ой... баба? Мужик? Бармен, ты че, тварь?
Бармен делает вид, что не понимает по русски.
Тут к Сереге подплывает нечто. Рост метр восемьдесят в шпильках. Фигура — песочные часы, если эти часы кормили анаболиками. Сиськи торчат как камни, талия узкая, а ручки не хуй сосать — мускулистые. Красивое лицо, карие глаза, губки уточкой. Идеальная женщина мечты любого сибирского дальнобойщика.
Только кадык.
Кадык размером с мандарин, но он ловко прикрыт шелковым платочком.
— Ой, май френд, — пищит трансик (звать Плой, по нашему — Денис). — Уууу, ты такой сильный! Давай лав ю лонг тайм? Ты мой слоник!
Серега в стельку пьяный, берет его за грудь.
— О, упругие, сука, — говорит он. — Хорошая баба... а чего голос как у грузчика из "Пятерочки"?
Плой делает вид, что не понял. Тащит Серегу за угол, где шезлонги лежат и тихий уголок для "романа". Серега щупает, Плой стонет низким баритоном. Потом Серега лезет рукой в трусы Плоя.
И тут у него, блядь, съезжает крыша более плавно, чем у самолета при посадке.
— Э... — говорит Серега. — А где?.. Ты че, посрать ушел?
Плой мило улыбается и достает. Достает такой агрегат, что у Сереги глаза на лоб вылезают. Пятнадцать сантиметров, а может, все двадцать, упругих, стоячих, с идеально выбритыми яйцами.
— Сюрприз, — говорит Плой высоким голосом, а сам, сука, улыбается как картинка. — Ти любишь котейку? У меня две котейки.
Серега трезвеет за одну секунду, даже ромом воняет сразу уходит из крови.
— Бля... — шепчет он. — Бляблябля... Ты хуле, детка? Я же тебе в сиськи тыкал! Там силикон, это понятно, но там же не было... как это... хуя?
— У меня все есть, — гордо заявляет Плой. — Я пост оуператив. То бишь — полный фемини бой. Но член я оставил. Для веселья. Ты веселый?
— Да я не веселый, я в ахуе! — орет Серега на всю Патонгу. Пара австралийцев оборачивается и ржет.
Плой обижается. Собирает сиськи обратно в лифчик.
— Ну и иди на хуй, — говорит он уже нормальным мужским голосом. — Не хочешь нормальную женщину... почти. Будешь сам дрочить на свой самолетик.
Серега кое как выбирается из этого бара. Идет по улице, бубнит под нос матершину. Тут навстречу — такой же русский, Вадик из Рязани, в шортах и с разбитым носом.
— Земляк, — говорит Вадик. — Только что такая же херня. Познакомился с "Джой". Говорит, деньги нужны на операцию по смене пола. А у него, сука, есть что менять? У него, блядь, яйца как у быка. Сказал, что хочет быть леди, но сначала накопить на грудь. А я купил ему выпить и... ну, в общем, теперь я голодранец.
Серега садится на бордюр и начинает ржать. Так, что вьетнамцы в соседнем ларьке крестятся на свой манер.
— Вадик, а ты че, не видел, что он бритвой помахивает?
— Так у него платье с пайетками! Я думал — это звезды на глаза отсвечивают. А это бритва, бля!
Серега решает больше не лезть в бары, а ехать на экскурсию к слонам. Думает, слоны безопасно. Приезжает на ферму. Там слоник, милый такой, плетеную корзинку на хоботе держит. Серега протягивает банан. Банан жрет слон. А потом из за угла выходит... Плой.
В платье в цветочек, с зонтиком от солнца. И лыбой во все лицо.
— Ой, мой слоник вернулся! — визжит Плой. — Я теперь экскурсовод! Между прочим, диплом есть. Давай расскажу, как кастрируют слонов?
Серега медленно пятится.
— Нет, блядь, я пас, — говорит он. — Вали, Кадык Иваныч.
— Почему сразу кадык? У меня операция по уменьшению кадыка осенью, — настаивает Плой. — Зато член оставлю. А у тебя маленький, я помню.
Серега бледнеет, потом краснеет.
— Откуда ты знаешь? Я штаны не снимал!
— Пока мы в баре обнимались, ты заснул и расстегнул ширинку, — смеется Плой. — Ты смешной. Давай поженимся? Я буду готовить пад тай, а ты будешь заботиться. Детей заберем из приюта. Двоих.
Серега чешет затылок. Вообще, он давно хотел детей. А пад тай он любил. А с женой все равно развод. И тут эта Плой, хрен с ним, с кадыком, симпатичная же сука. Только детородный орган в удвоенном экземпляре.
— Слушай, — говорит Серега. — Я подумаю. Но если мы встречаемся... никаких бритв. И никаких кожаных штанов. Я не готов к этому. И не пой домой Бритни Спирс. Я серьезно.
Плой делает вид, что застегивает рот на молнию. Потом подходит к слону, садится на него верхом в платье, задрав ноги, и кричит:
— Серега, прокачу с ветерком! Даром! Первый секс на слоне бесплатно!
Серега запрыгивает. Сам не понимая зачем. Слон идет трусцой, Плой прижимается спиной к Сереге и мурлычет что то про тайскую любовь и кондоминиумы.
Через три месяца Серега звонит бывшей жене Людке в Иркутск.
— Алё, Люда, привет. Я женюсь.
— На ком, — скептически дрожит голос Людки.
— На Плое. Он... ну, она. Короче, у неё есть член, но это не главное. Ты же себе мужика нашла с бензопилой, а я нашел человека с...
Серёга замолкает, потому что Плой в это время подкрадывается сзади и надевает на него венок из орхидей, одновременно пихая в руку жареную курицу.
— С душой, блядь, — заканчивает Серега. — У неё есть душа. И два яйца. Но я их люблю.
И кладет трубку.
Прилетает он в Пхукет. Отель "Си Море Резорт", но на деле — сарай с бассейном, где плавают только листья пальм и российские алкаши. Серега первым делом идет на пляж. Смотрит на волны, вздыхает. Рядом сидят тайки, красивые, как куклы, но у каждой в глазках холодный расчет: "Денег дашь, Сиргей".
Серега решает нажраться местного рома. Нажирается в мясо, потом лезет в какой то бар на Патонге. Бар называется "Sweet Lady", с розовыми неонами и звуками так называемой музыки. Он еще не знает, что попал в эпилятор.
Заходит. Темно, вибраторы на стенах висят как люстры, барменша с бородой наливает вискарь со льдом и улыбается, показывая золотой зуб. Серега кидает тысячу бат и кричит:
— Нальем, мужики! Ой... баба? Мужик? Бармен, ты че, тварь?
Бармен делает вид, что не понимает по русски.
Тут к Сереге подплывает нечто. Рост метр восемьдесят в шпильках. Фигура — песочные часы, если эти часы кормили анаболиками. Сиськи торчат как камни, талия узкая, а ручки не хуй сосать — мускулистые. Красивое лицо, карие глаза, губки уточкой. Идеальная женщина мечты любого сибирского дальнобойщика.
Только кадык.
Кадык размером с мандарин, но он ловко прикрыт шелковым платочком.
— Ой, май френд, — пищит трансик (звать Плой, по нашему — Денис). — Уууу, ты такой сильный! Давай лав ю лонг тайм? Ты мой слоник!
Серега в стельку пьяный, берет его за грудь.
— О, упругие, сука, — говорит он. — Хорошая баба... а чего голос как у грузчика из "Пятерочки"?
Плой делает вид, что не понял. Тащит Серегу за угол, где шезлонги лежат и тихий уголок для "романа". Серега щупает, Плой стонет низким баритоном. Потом Серега лезет рукой в трусы Плоя.
И тут у него, блядь, съезжает крыша более плавно, чем у самолета при посадке.
— Э... — говорит Серега. — А где?.. Ты че, посрать ушел?
Плой мило улыбается и достает. Достает такой агрегат, что у Сереги глаза на лоб вылезают. Пятнадцать сантиметров, а может, все двадцать, упругих, стоячих, с идеально выбритыми яйцами.
— Сюрприз, — говорит Плой высоким голосом, а сам, сука, улыбается как картинка. — Ти любишь котейку? У меня две котейки.
Серега трезвеет за одну секунду, даже ромом воняет сразу уходит из крови.
— Бля... — шепчет он. — Бляблябля... Ты хуле, детка? Я же тебе в сиськи тыкал! Там силикон, это понятно, но там же не было... как это... хуя?
— У меня все есть, — гордо заявляет Плой. — Я пост оуператив. То бишь — полный фемини бой. Но член я оставил. Для веселья. Ты веселый?
— Да я не веселый, я в ахуе! — орет Серега на всю Патонгу. Пара австралийцев оборачивается и ржет.
Плой обижается. Собирает сиськи обратно в лифчик.
— Ну и иди на хуй, — говорит он уже нормальным мужским голосом. — Не хочешь нормальную женщину... почти. Будешь сам дрочить на свой самолетик.
Серега кое как выбирается из этого бара. Идет по улице, бубнит под нос матершину. Тут навстречу — такой же русский, Вадик из Рязани, в шортах и с разбитым носом.
— Земляк, — говорит Вадик. — Только что такая же херня. Познакомился с "Джой". Говорит, деньги нужны на операцию по смене пола. А у него, сука, есть что менять? У него, блядь, яйца как у быка. Сказал, что хочет быть леди, но сначала накопить на грудь. А я купил ему выпить и... ну, в общем, теперь я голодранец.
Серега садится на бордюр и начинает ржать. Так, что вьетнамцы в соседнем ларьке крестятся на свой манер.
— Вадик, а ты че, не видел, что он бритвой помахивает?
— Так у него платье с пайетками! Я думал — это звезды на глаза отсвечивают. А это бритва, бля!
Серега решает больше не лезть в бары, а ехать на экскурсию к слонам. Думает, слоны безопасно. Приезжает на ферму. Там слоник, милый такой, плетеную корзинку на хоботе держит. Серега протягивает банан. Банан жрет слон. А потом из за угла выходит... Плой.
В платье в цветочек, с зонтиком от солнца. И лыбой во все лицо.
— Ой, мой слоник вернулся! — визжит Плой. — Я теперь экскурсовод! Между прочим, диплом есть. Давай расскажу, как кастрируют слонов?
Серега медленно пятится.
— Нет, блядь, я пас, — говорит он. — Вали, Кадык Иваныч.
— Почему сразу кадык? У меня операция по уменьшению кадыка осенью, — настаивает Плой. — Зато член оставлю. А у тебя маленький, я помню.
Серега бледнеет, потом краснеет.
— Откуда ты знаешь? Я штаны не снимал!
— Пока мы в баре обнимались, ты заснул и расстегнул ширинку, — смеется Плой. — Ты смешной. Давай поженимся? Я буду готовить пад тай, а ты будешь заботиться. Детей заберем из приюта. Двоих.
Серега чешет затылок. Вообще, он давно хотел детей. А пад тай он любил. А с женой все равно развод. И тут эта Плой, хрен с ним, с кадыком, симпатичная же сука. Только детородный орган в удвоенном экземпляре.
— Слушай, — говорит Серега. — Я подумаю. Но если мы встречаемся... никаких бритв. И никаких кожаных штанов. Я не готов к этому. И не пой домой Бритни Спирс. Я серьезно.
Плой делает вид, что застегивает рот на молнию. Потом подходит к слону, садится на него верхом в платье, задрав ноги, и кричит:
— Серега, прокачу с ветерком! Даром! Первый секс на слоне бесплатно!
Серега запрыгивает. Сам не понимая зачем. Слон идет трусцой, Плой прижимается спиной к Сереге и мурлычет что то про тайскую любовь и кондоминиумы.
Через три месяца Серега звонит бывшей жене Людке в Иркутск.
— Алё, Люда, привет. Я женюсь.
— На ком, — скептически дрожит голос Людки.
— На Плое. Он... ну, она. Короче, у неё есть член, но это не главное. Ты же себе мужика нашла с бензопилой, а я нашел человека с...
Серёга замолкает, потому что Плой в это время подкрадывается сзади и надевает на него венок из орхидей, одновременно пихая в руку жареную курицу.
— С душой, блядь, — заканчивает Серега. — У неё есть душа. И два яйца. Но я их люблю.
И кладет трубку.
